Одежда и стиль как главные социальные маркеры

Одежда и внешний вид всегда была определенным сигналом во внешний мир, сигналом о том, кто ты есть. Но только в последние десятилетия этот сигнал стал основой нашей самоидентификации.
kathakali_6

Давайте заглянем в далекое прошлое. Крестьяне одевались иначе, чем жители городов. Ремесленники носили одежду, которая отличалась от купеческой. Про аристократов и говорить нечего. Одежда сообщала людям о том, кем является ее носитель. По внешнему виду, по костюму можно было судить, что ты делаешь: сеешь, куешь, продаешь, воюешь, а, может быть, управляешь всеми вышеперечисленными. Причем основным посылом было все же сообщение о том, что ты делаешь. Надев одежду городского жителя – ты никак этим самым жителем не мог стать. Мобильность населения низкая. Возможностей для переселения мало. Люди стекаются в города лишь с развитием технического прогресса и распространением производства (а следовательно – с увеличением потребности в новых рабочих руках). Но и в этом случае социальных лифтов практически не существует. История о том, как юный Ломоносов пошагал за рыбным обозом и дошагался до должности статского советника – это всего лишь исключение, которое подтверждает практически незыблемое правило тех времен: “где родился, там и пригодился”. Причем, правило это касалось как территории, так и рода деятельности в большинстве случаев.
b1

С небольшими поправками на развитие истории можно утверждать, что подобная ситуация продержалась практически до начала двадцатого века. И лишь тогда начала меняться. Открытия и новаторства в конце 19 начале 20 века поставили производство на качественно иной уровень, а также породили множество профессий, в которых ранее не было необходимости. Послание “ты – это то, что ты делаешь” было все еще актуальным, но оно уже не было таким устойчивым, как раньше. За одним столом в машинописном бюро или за одной стойкой магазина могли работать рядом девушка из деревни, которая еще несколько десятков лет назад с трудом нашла бы место в городе, и девушка из обедневшей аристократической семьи, чья мама до сих пор считает, что работать за деньги – занятие в высшей степени недостойное, но кушать все же за что-то надо.
b2

Две мировых войны плюс эмансипация женщин – в эти периоды все менялось настолько быстро, что, как мне кажется, никаких устойчивых маркеров не могло быть в принципе. Сегодня ты сын богатых родителей, а завтра ты – солдат.

А вот послевоенный период охарактеризовался качественно новым переворотом в сознании. Среди профессий стало больше позиций, относящихся к умственному труду. (если умственным мы назовем все то, что нельзя отнести к труду физическому). Общество стало считать себя более интеллектуальным. Всеобщая грамотность, улучшение качества образования – все это стимулирует работу мысли. И люди стали объединяться в группы по новому признаку – литература.

Другими словами, ты – это то, что ты читаешь. Предпосылки к этому были и ранее. Например, Серебряный век русской поэзии, когда люди самоидентифицировались (и в одежде, кстати, это тоже выражалось) в первую очередь через принадлежность или симпатию к какому-либо из новых литературных течений. И все, что происходило в моде того времени, тоже имело свою привязку к эстетическим течениям в литературе и живописи. Правда, это все происходит в рамках определенной узкой группы лиц. Основная часть населения была занята совсем другими заботами.
b3

В тридцатых годах литература (и литераторы) входит в моду в определенных кругах. В мировой литературе это четко прослеживается в произведениях Моэма, Фитцджеральда и Хемингуэя. Последний, кстати, в автобиографических произведениях ярко описывает “литературный круг” Гертруды Стайн и можно смело утверждать, что существование подобных “кружков” – тренд того времени. Но опять же, применительно к весьма ограниченным слоям общества.

Образ Эрнеста Хемингуэя, небритого, в свитере крупной вязки, стал для многих своеобразной иконой стиля суровой романтики.
photo_018

И примерно в шестидесятых годах подрастает поколение, жизнь которого уже достаточно спокойна, чтобы главной заботой было осмысление прочитанного. Уже упомянутый Хемингуэй становится символом эпохи. Впрочем, символов становится много: все читают, и читают разное. Кто-то любит научную фантастику. Кому-то подавай романтику странствий. Кто-то читал опасную диссидентскую литературу. А кто-то советские детективы и книги про разведчиков. В принципе, была возможность удовлетворить любой потребительский-читательский вкус. И “своих” определяли не в последнюю очередь по кругу чтения. Ты – это то, что ты читаешь. И этот подход не мог не отразиться на моде. Любители фантастики разрабатывали модели с футуристическим дизайном. Любители походной романтики делали выбор на удобную одежду, которая в первую очередь практична, но в то же время не лишена своего шарма. И так далее.

Любители научной фантастики продвигали футуристичный дизайн в быту…
retrofuturizm

и в моде.
530x330_0xc0a83945_3391139181374578057

Кстати, именно “книжный маркер” начал создавать определенную тенденцию к тому, что можно не только быть, но иногда достаточно просто казаться. Некоторые люди абсолютно не любили книг, но покупали их в огромных количествах, потому что в правильном доме должна быть приличная библиотека.

На фото – писатель Юрий Трифонов, но подобные стеллажи с книгами были почти в каждом доме. У тех, кто побогаче – подписные издания с красивыми цветными обложками. А у тех, что действительно читал – часто такой же разнобой, как и у Трифонова.
392_300_19365_trifonbigjpg

Эпоха восьмидесятых принесла изменения в предпочтениях. Музыка стала намного популярнее литературы. Тусовки теперь собирались по принципу общности музыкальных вкусов. Кстати, я считаю именно это время расцветом развития неформальных течений. Хиппи, которые были до этого, все же считались несколько маргинальными субъектами общества. Зачатки рок- и панк-течений уже были. Но все же массовость – пришла именно в восьмидесятых. Как и развитие поп-культуры, которая стала по-настоящему популярной. Песни очень быстро становятся всемирно известными. И даже железный занавес не помеха проникновению музыкальных новинок. Да, небольшое опоздание есть, но полная изоляция уже невозможна.

b4

В этот период музыкой определяется все. Ты – это то, что ты слушаешь. Феномен этого периода – музыканты и певицы становятся моделями ролевого поведения. В том числе и в том, что касается одежды и внешнего вида. И опять же, для того, чтобы влиться в определенную тусовку, тебе достаточно просто показаться своим: одеться в соответствии с эстетикой этой тусовки и сделать вид, что тебе нравится их музыка. (дома ты при этом можешь слушать хоть Кобзона или Моцарта).

Последние десятилетия характеризуются определенным отсутствием рамок и границ. Общность “своих” теперь стала очень размытым понятием. Развитие информационных технологий позволяет быстро общаться с людьми по всему миру. Поэтому тебе теперь не надо подстраиваться под тех, кто рядом. Ты вполне можешь найти единомышленников на другом краю земли.

Стилей и течений в одежде становится очень много. Если примерно до девяностых мы еще могли говорить про какие-то общие тренды декады, то теперь – и с каждым годом это чувствуется все сильнее – тенденции и стилистические направления существуют как бы в параллельных реальностях, не вытесняя и не мешая друг другу. Можно все и модно все. И это не преувеличение. Кому-то бохо, кому-то минимализм, кому-то гранж. В любой момент ты можешь найти бренд, который удовлетворит твои потребности и тех, у кого эти потребности схожи с твоими. Люди вычисляют “своих” по одежде. Сегодня ты – это то, что ты носишь.

Все эти стили могут встретиться, например, в одном вагоне метро.

b5

И мимикрировать под определенную группу становится еще проще. Социальные лифты срабатывают не в последнюю очередь благодаря внешнему виду.Важно только выбрать для себя ориентир и двигаться в нужном направлении. Именно отсюда, как мне кажется, растут ноги у популярности различных блогов о стиле, консультаций стилистов, передач о моде и сообществ, в которых обсуждают одежду.

Чтобы произвести впечатление о себе, как о профессионале, соблюдение дресс-кода – немаловажная деталь
dress-code-2

С одной стороны, это говорит об определенном опрощении общества. Все же производить что-то – это гораздо более значимо (с точки зрения социума), чем читать книги.А чтение книг требует большего осмысления, чем прослушивание музыкального трека. С другой стороны, создание собственного образа – это тоже можно назвать своего рода созидательным трудом. Давайте будем честными, современные люди в массе своей мало занимаются именно производительным трудом (даже если работают на производстве – то это в большинстве случаев нажатие кнопочек). И работа над собственным стилем – как раз попытка создать что-то, что можно продемонстрировать другим. Да при этом еще можно реализовать свой творческий потенциал. И блогерство, часто, как желание продемонстрировать свои наработки как можно большему количеству людей

image_562302122015555062771

Как вы думаете, какой будет следующая ступень развития человечества? Какой будет способ самоидентификации и определения себя в социуме?

6